тина сознается. - Она прижалась к нему,
  изгибаясь всем телом и гладя руками его накачанную грудь. - Нужно выгнать ее
  из дома, и все будет хорошо. Вечером улетим в Париж, поселимся в королевских
  апартаментах с видом на Елисейские Поля и будем гулять по Монмартру. А
  сейчас я хочу тебя, слышишь, котик?
   - Ты и мертвого уболтаешь, - слабо запротестовал он, расстегивая ширинку.
  Ее доводы неожиданно возымели на него благотворное действие, и он быстро
  забыл о своих суеверных страхах. - У тебя же дела.
   - Они уже кончились, - простонала она, задыхаясь от неги. - Скажи, что
  любишь меня, Володенька...
   - Я люблю тебя, Настя, - хрипло заверил он, стаскивая с нее трусики и
  сажая к себе на колени. - Ты прости, что накричал. Больше такого не
  повторится, обещаю. Ты у меня самая лучшая, самая красивая, самая-самая...
   Она закинула свои длинные ноги ему на плечи, и они слились в объятиях. В
  комнате стали слышны только его частое прерывистое дыхание, ее
  сладострастные стоны и завистливое мяуканье из-под дивана.
   И как всегда, в самый напряженный и ответственный момент в прихожей
  раздался звонок.
   - Не открывай, прошу тебя! - всхлипнула, задыхаясь от счастья, Настя. -
  Продолжай!
   - А я что делаю? - просопел над ее ухом Володя. - О, как мне хорошо!
   - И мне...
   В прихожей снова позвонили.
   - Не открывай, пошли они все к черту!
   - Нет, я открою. - Володя вдруг тоненько пискнул, дернулся всем телом
  пару раз и обмяк, уронив голову