ловещая
  тишина, стоявшая в подъезде, лишь усиливала это ощущение. Он повернулся,
  чтобы идти к лифту, и остолбенел: прямо перед ним стояла очень пожилая
  женщина с седыми волосами, длинными прядями ниспадавшими на сухие плечи. На
  ней было надето Настино свадебное платье, руки были безвольно опущены вдоль
  худого тела. Она стояла и в упор смотрела на Игоря теми самыми глазами,
  которые он уже видел на фотографии. Ошибки быть не могло - это была та самая
  старуха. Тонкие губы, горбатый нос, морщины на лице, впалые глаза - все
  сходилось один в один. Мерзкая старушка насквозь прожигала его своим
  взглядом, и он, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание от страха, отпрянул
  назад, прижавшись спиной к стене. Он хотел закричать, но не смог - горло
  сковало цепким льдом, к тому же у него перехватило дыхание, и он снова стал
  задыхаться, как уже было у него дома. Игорь вытянул руки перед собой,
  защищаясь от пламени ее глаз, и отвернулся, крепко зажмурившись. В голове
  поплыли разноцветные круги, мысли смешались, ноги подкосились, и он начал
  медленно оседать, пока не оказался на полу. Сколько он так просидел,
  скрюченный и дрожащий, ожидая, что старуха вот-вот стиснет его горло своими
  корявыми пальцами, - он не помнил.
   - Что с вами, молодой человек? - раздался вдруг незнакомый мужской голос.
  - Вам плохо?
   - Не обращай внимания, - послышалось в ответ раздраженное женское
  ворчание - Нажрутся как свиньи, а потом блюют по подъездам. Идем скорее.