, обезобразилась до
  неузнаваемости, когда Игорь щелкал своим фотоаппаратом. Полный самых
  противоречивых мыслей, Олег уселся в кресло и склонился над столиком, на
  котором лежал свадебный снимок. Как только он встретился с глазами старухи,
  в затылке тут же возобновилось знакомое покалывание. Он был готов дать
  голову на отсечение, что, когда он первый раз смотрел на нее, она довольно
  улыбалась, прямо как счастливая невеста. Теперь же лицо старухи было
  совершенно серьезным, глаза выжидающе глядели исподлобья, тонкий морщинистый
  подбородок был слегка выдвинут вперед, словно она насупилась почему-то и
  ждала, что он скажет. Но Олег не спешил что-то говорить, продолжая спокойно
  изучать отталкивающий облик. Он пытался отыскать в ней признаки бестелесного
  существа, какие-нибудь расплывчатости или прозрачности, но тщетно - лицо
  было резким и отчетливым, из плоти и крови, как и у других на снимке. Следов
  фотомонтажа тоже не было видно. Неужели Корешок говорил правду?
   Олег осторожно взял снимок в руки. На ощупь он был обыкновенным, совсем
  не горячим, на вес тоже Олег закрыл глаза, включил ясновидение и стал
  пытаться вызвать в голове какие-нибудь видения. К удивлению, это получилось
  почти сразу, даже без обычной предварительной подготовки. Сначала, размытые
  и нечеткие, появились лица незнакомых людей. Они смотрели на него как бы
  сверху, словно склоняясь над ним, лежащим, и были чем-то очень встревожены.
  Олег даже не мог разобрать, женщины это были