отрел в осенних сумерках три человеческие фигуры, осторожно
  пробирающиеся к тому месту, где он только что сидел. Дождавшись, пока
  преследователи скроются за деревьями, Силин выбрался из ямы и побежал в
  противоположную сторону.
   Нумизмат был уверен, что ушел тихо, но вскоре услышал тяжелый топот ног
  и отдаленные крики. Пришлось прибавить ходу. Оглянувшись, Силин с удивлением
  заметил уже пятерых преследователей. Похоже было, что еще двое подошли со
  стороны дома. Михаилу повезло, что охота на него началась не на пять минут
  раньше.
   Несмотря на все усилия, он не мог оторваться от загонщиков -- все те же
  метров пятьдесят отделяли его от врагов. Бегать Нумизмат не любил, но
  здоровьем Бог его не обидел, вот только запыхался сильно. Впереди за
  деревьями показались башенные двенадцатиэтажки нового микрорайона, и Силин
  понял, что они по диагонали пересекли весь пригородный лес, а это километра
  два.
   Сзади что-то дважды приглушенно хлопнуло. Михаил увидел, как чуть левее
  с дерева слетела кора, и догадался, что это были не просто хлопки, по нему
  стреляли.
   "Ну, суки! -- разозлился Нумизмат. -- Не хотят выпускать в город."
   На ходу Силин вытащил из кармана пистолет и, на секунду остановившись,
  трижды выстрелил в сторону погони. Он ни в кого не попал, но грохот
  выстрелов пистолета Нумизмата оказал сильное психологическое воздействие.
  Двое из преследовалей просто ткнулись лицом в землю -- настолько им не
  понравился свист пуль, трое