нимал, какие слова произносит эта женщина,
  компания уже уходила от него -- три женщины и высокий гвардейский офицер,
  оживленно жестикулирующий свободной от шашки рукой. Еще секунду колеблясь,
  Бураев стоял на месте, но опять зазвучал смех, и он, как на привязи,
  двинулся вслед за ним. Вскоре он разобрал, что голос принадлежит самой
  высокой из дам, в кокетливой шляпке с темной вуалью. Лица женщины он не
  видел, но удивительная фигура, королевская осанка и плавность ее жестов
  сразу заворожили его.
   Вскоре Викентий Николаевич столкнулся со старым приятелем по
  Нумизматическому обществу доктором Жереховым. Как врач тот имел солидную
  репутацию и весьма обширную практику, так что знал, по наблюдениям Бураева,
  пол-Петербурга.
   -- Добрый вечер, Викентий Николаевич. Решили совершить моцион? Это
  полезно, тем более что раньше я вас тут не замечал.
   -- Да, знаете ли, решил немного забыть о вечных делах, подышать воздухом
  вечности и красоты.
   Беседуя о своих новых коллекционных приобретениях, мужчины, не
  торопясь, следовали по главной аллее. Доктор, несмотря на солидный возраст и
  довольно потрепанный внешний вид, бойко разглядывал проходящих мимо женщин,
  при этом частенько называя их имена и фамилии.
   -- Вы очень многих знаете, -- улыбнулся Бураев, по-прежнему не отрывая
  глаз от идущей впереди компании.
   -- Ну, милейший Викентий Николаевич, я тридцать лет врачую эту публику,
  так что порой я знаю не только имена и фамилии,