о заводом и смею заверить вас, что больше не
  буду расстраивать Владимира Александровича.
   Подобный ответ очень понравился генеральше, и она представила мужчинам
  свою спутницу:
   -- Познакомтесь, это моя сестра, Анна Владиславовна.
   С бьющимся сердцем Бураев поцеловал руку столь желанной для него
  женщины. Подняв глаза, он рассмотрел под вуалью и лицо прекрасной вдовы. Да,
  Анна Владиславовна была удивительно хороша собой. Высокий лоб, прямой
  красивый нос, длинная, изысканных форм шея и в довершение всего --
  светло-серые, как эта петербургская ночь, глаза. Легкая вуаль делала ее еще
  более загадочной и недоступной для неискушенного в амурных делах Бураева. А
  этот сводящий с ума голос!
   Короткая взаимная прогулка кончилась приглашением миллионера на обед к
  генералу Ермилову.
   Уже возвращаясь в коляске домой, старшая сестра тихо спросила младшую:
   -- Ну и как тебе этот медведь?
   Та чуть улыбнулась кончиками губ, потом нехотя ответила:
   -- Меня позабавили его пламенные взгляды. Но, к сожалению, он не в моем
  вкусе.
   -- Анита, ты сильно-то не заносись. Шляхетскую спесь пора унять. Еще
  пять годков -- и третий десяток разменяешь. Лучшей партии, чем Бураев, тебе
  не сыскать. Самый богатый вдовец столицы. А все эти твои тонконогие
  офицерики -- одна голозадая спесь, не больше. Слава Богу, что удалось замять
  скандал со смертью Николая. И как ты могла изменять такому человеку?! Хорошо
  еще, что он проигрался перед этим, а то совсем