дойти!" -- с ненавистью подумал Силин.
  Заждались солдатика и его друзья.
   -- Димок, ты скоро, что ли, там?
   Димок сопел, кряхтел, но не отзывался. Силин расслышал, как участковый
  тихо предложил лейтенанту:
   -- Давай поможем парню.
   Тот в ответ хохотнул, раздался какой-то плеск, потом все смолкло, но
  через пару секунд серое убожество осеннего дня осветилось ярким светом -- это
  мощно и сильно загудело взметнувшееся выше крыши сарая пламя.
   "Вот что, они решили дом спалить, чтобы с трупом деда не возиться!" --
  понял Силин.
   Снизу под Михаилом раздался вопль, затем сдавленный мат. Нумизмат
  сквозь гул пламени расслышал хохот оставшихся во дворе милиционеров.
  Впрочем, хохот резко оборвался и сменился непонятными возгласами с
  интонацией тревоги. Оказалось, что ментовская шутка не удалась. Димок хоть и
  сверхбыстро натянул штаны, но, пробегая полыхающие ворота, все-таки
  умудрился загореться. К тому же от искры неожиданно полыхнул облитый
  бензином дом, да с такой силой, что вместо того чтобы помочь горящему
  солдатику, оба шутника вперед него рванули через забор.
   Это оказалось на руку Нумизмату. Сухое дерево горело как порох,
  занялось уже и пересушенное сено. Страх придал Михаилу дополнительную
  энергию. Двумя ударами ноги он выбил доски со стороны огорода и кубарем
  вывалился наружу. Мягкая куча перепревшего навоза смягчила удар и, подхватив
  сумку, Силин побежал к единственному убежищу, попавшемуся