елем -- императором
  Францем-Йосифом. Достаточно много он приобрел и восточных раритетов:
  старинных монет Китая и Японии, круглых и бочкообразных, но с неизменной
  забавной квадратной дырой посередине. Приятно ласкали взор небольшие
  арабские монеты с узорчатой вязью своих загадочных надписей. По
  магометанской вере запрещалось изображать лики восточных правителей. Зато на
  монетах Латинской Америки гордо красовались генералы-освободители: Боливар,
  Сан-Мартин, Бернадетто -- в непременных треугольных шляпах и на вздыбленных
  лошадях.
   С двадцатым веком у Нумизмата и совсем не было проблем. Одна только
  Африка, совсем недавно получившая независимость, занимала добрых шесть
  планшетов. Индия, Пакистан, всякие там Филиппины и Индонезии щедро чеканили
  свои монеты, радуя этим нумизматов всего мира. Забавляли Силина и монеты
  Австралии. Неестественно блестящие, словно хромированные, они обильно
  рекламировали животный мир континента: кенгуру, киви, коалу и ехидну.
   Но главный отдел коллекции Силина занимали монеты России. Имелись у
  него самые первые, еще времен Киевской Руси, сребреники, конечно в копиях,
  правда, очень похожие, с аляповатыми изображениями правителей и трезубцем на
  реверсе. Монеты пятнадцатого, шестнадцатого веков, маленькие, бесформенные,
  с всадниками в короне и с копьем, знаменитые копейки, -- их Силин приобретал
  в Москве просто за бешеные деньги. Проще было с монетами Петровской эпохи.
  Их осталось побольше, да и выписать