о мрамора, стояли три человека,
  стремящихся укоротить свою жизнь с помощью очередной сигареты. Хотя до них
  было далеко -- Силин шел по другой стороне улицы, -- он все-таки разглядел,
  что все они были хорошо и со вкусом одеты, но ни один из них не имел
  индивидуальных признаков Виктора Балашова: очков и прогрессирующей лысины.
   "Вряд ли он после двух покушений будет вот так спокойно покуривать на
  крыльце собственного офиса," -- подумал Нумизмат, и мысль о том, что
  богатейший человек России должен, как крыса, прятаться от постороннего
  взгляда, заставила Михаила злорадно усмехнуться. Занятый наблюдениями, он
  невольно замедлил шаг. Рядом со зданием обнаружилась стоянка, битком забитая
  автомашинами, причем отечественные автомобили составляли сиротское
  меньшинство.
   -- Хорошо живете, господа, -- пробормотал Силин с зарождающейся в душе
  злостью. Тут новое зрелище заставило его еще больше возненавидеть своего
  недостижимого врага. Большие железные ворота, перекрывающие арку чуть левее
  торца здания, начали неторопливо раскрываться. Лишь только они распахнулись
  до конца, два черных "мерседеса" с тонированными стеклами отделились от
  общего потока несущихся машин и, не снижая скорости, проскочили во
  внутренний двор. Силин был готов поклясться, что два охранника в зеленой
  униформе, застывшие навытяжку при въезде машин, пальцем не притронулись к
  створкам ворот, но те неторопливо начали смыкаться. Все произошло так
  быстро, что