ившая мимо официантка заметила это и подумала про себя: "Во,
  алкаш, стакан уже удержать не может!" Впрочем, перед ее глазами проходили
  сотни подобных типажей, и женщина тут же выбросила из головы длинного,
  угрюмого человека с дрожащими руками.
   А Силин, выйдя на улицу, еще раз прошелся рядом с внушительным зданием
  с надписью "Транснефть-Арко" и снова почувствовал себя маленькой мышью,
  попавшей в огромную мышеловку. Все в том же подавленном состоянии он вошел в
  метро, и уже спускаясь вниз по бесконечному эскалатору, Нумизмат
  почувствовал, что беспричинный страх овладевает его телом и душой.
  Обнаженными нервами, перегоревшими за эти полтора месяца, Силин воспринимал
  каждый взгляд поднимающихся по соседнему эскалатору людей как мучительную
  пытку. Они были безразличными, но Силину казалось, что его видно насквозь,
  всю его жизнь, все его черные дела. Михаилу захотелось побежать вперед,
  ударить, убить кого-то из сытой, самодовольной толпы. Остатками разума он
  понимал, что это глупо, что это будет его конец и смерть. А организм, уже
  привыкший брать свое при вспышках ярости, требовал найти выход для
  напрягшихся в предвкушении бешенства мышц тела. Лицо Нумизмата
  передергивалось, кто-то на соседнем эскалаторе даже оглянулся в его сторону,
  настолько жуткой казалась мимика этого странного человека.
   Силин доехал до самого низа, затем перебежал к соседнему эскалатору и,
  вклинившись в небольшую очередь у бегущих ступенек,