этих хоромов.
   -- А что, разве нет? -- подхватил шутливый тон Нумизмат. -- Я думал, это
  твой домишко.
   Дед снова засмеялся:
   -- Я за свою жизнь и на туточкино крыльцо не скопил. Мне б его загнать
  кому, на всю оставшуюся жизнь хватило б водки горло полоскать.
   Силин глянул на роскошное мраморное крыльцо размером с волейбольную
  площадку и согласно кивнул головой:
   -- Да, это верно. Богатое крылечко. А что ж это у тебя никто не
  работает? -- Силин кивнул на недостроенные стены.
   -- Да хозяина, говорят, убили. Вроде бы вместе с машиной подорвали.
   -- А чего же ты тогда здесь сидишь? -- удивился Михаил.
   -- Как что? Охраняю объект. Деньги на месяц вперед уплачены, а там,
  глядишь, и новый хозяин найдется. Вон ту хибару с пиками видишь? -- старик
  кивнул на "готический храм".
   -- Ну? Хорошая хибара!
   -- Вот, пока ее строили, двоих хозяев похоронили. Понял?
   -- Ясно.
   -- А ты чего тут блукаешь? Из газеты, что ли? До тебя уж тут было
  несколько, иные и с камерами, меня, старого пня, снимали. Обещали по "ТВ-6"
  показать.
   -- Да нет, я не журналист, строитель. Работенку хочу подыскать. Только
  смотрю, здесь одна нерусь работает.
   -- Это верно. Немцы, турки, австрияки. Разве что вон там, -- дед кивнул в
  сторону заветной розовой крыши, -- наши пашут, да и то с Хохляндии. Сходи
  туда, может, примут.
   -- Попробую, -- сказал Силин и на прощание пошутил: -- А ты все же
  попробуй загнать крыльцо, а к нему,