профессии. Прораб сразу как-то поверил, что перед ним истинный мастер своего
  дела. В новичке не было суетливого мельтешения дилетанта, он себя не
  расхваливал: "Приходилось, работал, знаю", но за простотой ответов
  чувствовался опыт и талант.
   -- Эй, Шалим! Подойди-ка! -- позвал прораб появившегося на крыльце
  бригадира. Когда тот подошел, Паршин кивнул на Силина и сказал:
   -- Вот, человек просится в бригаду, может, возьмем?
   Силин всю свою жизнь не любил рыжих. Очень редко среди них попадались
  нормальные люди, все больше упрямцы и властолюбцы.
   "Не возьмет", -- сразу понял он и оказался прав. И без того некрасивое,
  продолговатое лицо Шалима исказилось злой гримасой, он моргнул длинными
  белесыми ресницами и сухо отрезал:
   -- Своими силами управимся.
   -- Смотри, брат! -- покачал головой Паршин. -- До сдачи осталось десять
  дней. Если в срок не уложимся, то ты больше меня теряешь. Я-то на окладе,
  это вы на сдельщине. Обдерет вас мадам как липку.
   -- Справимся, не впервой, -- буркнул рыжий и отошел к грузовику, с
  которого уже сгружали длинные рулоны линолеума.
   Паршин обернулся к Силину и огорченно развел руками.
   -- Извини, брат. Договор подписан с этими вот орлами. Мест нет. -- И
  также отошел к машине, командуя, куда какой линолеум нести.
   "Да, похоже срывается моя затея", -- подумал Нумизмат. Безнадежность и
  усталость просто подкосили его. Машинально он уселся на бортик фонтана,
  бездумно наблюдая за