ел в ответ Филиппов.
   В характере ранения разобрались уже с помощью подъехавших медиков.
   -- Типичный для отступающих войск вид поражения -- в мягкие ткани ягодиц,
  -- не без ехидства заметил молодой, но уже развращенный специфичным цинизмом
  медбрат. -- Жить будет, но сидеть сможет не скоро.
   Предсказание его сбылось на все сто. Уже давно половину банды горячего
  джигита Важи засадили в тюрьму, а другая ее половина ушла в бега. Постепенно
  в заново отстроенный "Милан" начали возвращаться старые клиенты, но среди
  них уже не было братков Тягуна. С помощью расторопной милиции не многие
  оставшиеся в живых почувствовали себя в безопасности, но не надолго. Кто-то,
  пока невидимый, легко и быстро начал сводить с ними счеты, неумолимо подводя
  баланс сил к нулю. Новая кавказская мафия потихоньку прибирала к рукам
  провинциальный, но богатый цветным и черным металлом Железногорск. Уже Силин
  в далекой столице заканчивал трудовую деятельность в доме Виктора Балашова,
  а Филиппов все еще маялся на казенной койке в городской центральной
  больнице. Спать ему приходилось на животе -- так, как он не любил, ходил
  капитан лишь с костылями. Проклятая рана заживала удивительно медленно и
  болезненно. Из развлечений в хирургическом отделении был только телевизор в
  конце длинного коридора да разговоры с соседями по палате во время карточной
  игры. Так что, когда поздно вечером десятого ноября в его палате неожиданно
  появились Ефимов и Макеев, свечинский сыщик очень обрадовался.