время высказывал мнение, что
  Силин ехал не просто куда глаза глядят, а именно в столицу, но его версию
  дружно отвергли.
   -- А кто в Москве приобрел коллекцию, они не говорили? Может, называли
  какие-то фамилии?
   -- Да... банкир один... фамилия такая, как у диктора... -- Чувствовалось,
  что девушка устала, капли пота выступили на ее лице. Доктор тревожно тронул
  за плечо Макеева, но тот поднял в ответ указательный палец -- один вопрос.
   -- Диктор -- мужчина?
   -- Да... старый.
   -- Ухов? -- подсказал Ефимов, у него самого на лице от напряжения
  выступил пот.
   -- Нет, лысый..
   -- Балашов! -- в один голос воскликнули Федор и Ефимов.
   -- Да! -- последним усилием выдохнула Нина и прикрыла веки. Из уголка
  глаза медленно проползла вниз слеза.
   -- Спасибо, Нина, огромное вам спасибо! Выздоравливайте скорей!
   Осторожно, но с чувством пожав вялую руку девушки, Макеев первым вышел
  в коридор. Там им пришлось под руки отводить Филиппова обратно в палату, у
  его койки и произошел первый "разбор полетов".
   -- Вот это да! Вот это мы "индюка" подцепили! -- радовался Ефимов. -- Сам
  Балашов! Такая шишка и занимается скупкой краденого!
   -- Кто тебе сказал, что он купил эту коллекцию? Ее ему могли подсунуть
  под чужими документами, может быть, он вообще посредник, и она сейчас уже
  где-нибудь за бугром! Зачем ему, с его миллиардами, мелочиться и скупать
  краденое? -- возражал Макеев. Машинально он закурил сигарету, но тут же
  вспомнил, где