ВИДЕНИЕ В НОВОМ ДОМЕ.
   Несмотря на мягкую постель и уют, спал Силин плохо, опять снилась какая
  то дрянь, что-то томительно-тревожное, с кровью и трупами. С Надей он
  попрощался довольно сухо, что явно обескуражило женщину. Но Нумизмат не
  обратил на это никакого внимания. Все мысли его были заняты предстоящим
  днем, самым важным и решающим в его московской эпопее.
   В половине восьмого утра у Казанского вокзала его подобрал Паршин.
  Взглянув на осунувшееся, с большими мешками под глазами лицо Силина, он
  засмеялся и спросил:
   -- Что, подруга всю ночь не давала спать? За этим, поди, и вызывала?
   -- Да нет, -- нехотя отозвался Нумизмат, пытаясь на ходу придумать
  что-нибудь правдоподобное. -- С отцом до полуночи воевал, потом до до двух с
  бабой ругался.
   -- Чего это так?
   -- Да деньги ей нужны. Будто ты их породу не знаешь.
   -- Это верно. Вот я мог спокойно работать на стройке, с девяти до пяти,
  с положенными выходными и отпусками. Так нет, моя давай меня шпынять: вон
  тот уже глава фирмы, тот банкир. Пришлось идти искать, где больше платят.
   -- И что, хорошо получается?
   -- Ничего, но хлопот столько! А теперь жена недовольна, что меня дома не
  бывает. На них не угодишь. А то, что я с этой "мадам" язву себе уже
  заработал, ее не колышет...
   Так за разговорами они добрались до Зубовки. Уже выйдя из машины, Силин
  спросил прораба:
   -- Слушай, а этим дизайнерам рабочий на подхвате не нужен?
   Паршин пожал плечами: