раник.
  Разобрав его, Силин с удивлением обнаружил вместо шайбы китайскую монету с
  квадратной дырой в центре, идеально подходившую под поворотный сердечник
  краника. Как монета попала из Китая в Свечин, ему не смог объяснить никто.
   А одна монета досталась ему буквально по лбу. В тот летний день Силин
  мирно шел по окраинной улице города, не обращая внимания на играющих рядом в
  "войнушку" пацанов. Ну, кидаются щебенкой, в чем дело? Из обычной для него
  задумчивости Михаила вывел тяжелый и болезненный удар в лоб. Вскрикнув,
  Силин схватился за него рукой, потом машинально опустил глаза и в серой пыли
  сразу увидел знакомую потемневшую медь. Пацанов как ветром сдуло, Михаил так
  и не узнал, где они взяли трехкопеечную монету тысяча девятьсот двадцать
  седьмого года выпуска. Ну а синяк у него прошел через пару недель.
   Под эти приятные мысли Силин немного задремал и проснулся от тяжелого
  грохота, донесшегося со стороны лестничной площадки. Дружный, многоголосый
  мат не мог заглушить многострунный стон упавшего рояля. Как ни странно, но
  конструкция жестяного воздуховода чутко отреагировала на столь необычную
  "музыку" и завибрировала наподобие камертона, избрав низкий, давящий на уши
  гул. Силин обхватил руками голову, но всем телом продолжал чувствовать мелко
  пульсирующую дрожь жести. Лишь когда снаружи отпели свою басовитую песню
  самые толстые струны австрийского инструмента, нехотя замолк и воздуховод.
   За эти короткие секунды Нумизмат мгновенно вспотел.
   "Вот