ом Киреева совершала контрольный осмотр дома. Не дожидаясь, пока
  гости подойдут поближе, Силин открыл люк и со словами: "Давай, Фрося!"
  вытряхнул крысу из банки. Звучно шлепнувшись на пол, Фрося коротко пискнула,
  минут пять металась от одной стенки до другой, жутко скрежеща когтями, но
  поняв, что деваться ей некуда, забилась под нижнюю полку стеллажа.
  Убедившись, что все получилось так, как он хотел, Силин закрыл люк и, затаив
  дыхание, стал ждать.
   В этот раз контрольная "зачистка" производилась более тщательно, лишь
  через полчаса Нумизмат услышал, как гулкий коридор второго этажа наполнился
  топотом шагов и перекличкой голосов. Парни в зеленой форме работали
  методично, обшаривая округлыми антеннами каждый закуток дома. Вместе с ними,
  не торопясь, обходил комнату за комнатой и кинолог все с той же лохматой
  собачонкой. Подойдя было к двери туалета, собачонка вдруг подняла голову, а
  затем потянула своего хозяина к нише. Остановившись у дверей темнушки,
  лохматый сыщик забавно приподнял свисающие почти до земли уши и остервенело
  принялся облаивать что-то внутри темной комнаты.
   Посмотреть на причину беспокойства четвероногого охранника подошли три
  остальных его компаньона, Киреев и высокий, полноватый человек с округлым,
  несколько слащавым, но довольно приятным лицом. Это был управляющий новой
  недвижимостью Балашовых, Евгений Михайлович Ерхов. Именно он почему-то
  шепотом задал первый вопрос кинологу:
   -- Что, бомба?
   Проводник,