конкурентов Балашова порой давал больше для обеспечения
  безопасности банкира, чем все наружное наблюдение и методика контршпионажа.
  Знание того, откуда может последовать удар по личной безопасности Балашова,
  уже стоило многого. Остальные пятеро присутствующих в комнате являлись
  простыми телохранителями, крепкими ребятами, обученными в основном тому,
  чтобы прикрыть своим мощным телом хозяев от любой опасности.
   -- М-да, только этого нам еще не хватало, -- со вздохом сказал Киреев,
  откладывая в сторону бумагу. Ему показалось, что печень заныла еще сильней,
  и он машинально потер правое предбрюшье. Валерий Николаевич не заметил, но
  все в комнате быстро переглянулись. То, что он считал своей тайной, давно
  уже являлось секретом полишинеля.
   -- Семен, помнишь коллекцию? -- спросил Киреев одного из охранников.
   -- Ну как же, -- ухмыльнулся тот. -- Мы с Жориком Крутовым еле заперли
  этот гроб на второй этаж.
   -- И вот теперь оказывается, что все монеты краденые. Забавно.
   -- А вот вам его портрет, -- сказал Шура.
   Все сгрудились за его спиной, разглядывая на мониторе физиономию нового
  врага Балашова.
   -- Что-то среднее между Родионом Раскольниковым и Гришкой Распутиным, --
  сделал вывод Киреев. Остальные сдержанно засмеялись. -- Он до сих пор таким
  дикобразом ходит?
   -- Вряд ли. Здесь же четко написано: стрижка короткая, небольшие усы.
   -- Ну недотепы, что они, фоторобот не могли сляпать?
   -- Есть еще одна фотография, но на ней