онкурента
  в городе -- входят во вкус. Это раз. Ну и во-вторых -- борьба за этот пакет
  акций не носит для них разорительного характера. Не смертельно.
   -- Ну ладно, допустим, так, -- согласился Киреев. -- А что ты скажешь про
  этого ненормального?
   -- Силина? Тут хуже. Одиночка, непредсказуем, его почти невозможно
  проследить. Судя по оставленным после себя трупам, он хитер, жесток и
  достаточно ловок. Помните, там сказано, что он убил одного братка на
  квартире его любовницы? Это ведь надо все вычислить, высчитать, подготовить.
  Непонятна его цель. Убивает зачем? Месть? Странно. Может, с резьбы слетел?
  Нет, с ним нам еще придется помучиться.
   -- Если он действительно в Москве. Как думаешь, пройдет этот номер с
  просмотром кассет?
   Шура пожал плечами.
   -- Должен он к дому подойти, это логично. Только долго с этим придется
  возиться.
   -- А художника нашли?
   -- У нас их несколько, только один наотрез отказывается, говорит, не
  смогу. Второй вообще только по трафаретам рисует. Теперь ждут третьего, он
  появится только после обеда. Вот тот, говорят, может все.
   Киреев вполголоса по-английски выругался. Это было все, что он позволял
  себе при подчиненных.
   -- Что ж, придется ждать обеда.
   Основные события действительно развернулись уже в третьем часу дня.
  Во-первых, объявился художник, внимательно рассмотрел оба снимка и, пожав
  плечами, заявил:
   -- Ну, это раз плюнуть. Какую ему сделать прическу?
   -- Покороче и без