ось
  и половины названной суммы. Многое перепало Васяну, сдуру Михаил выкупил
  посылку с книгами, о чем сейчас уже жалел. Зачем ему книги по нумизматике,
  если у него нет самих монет?
   Обдумав за вечер и ночь создавшееся положение, Силин собрался в
  Железногорск. Он долго перебирал антиквариат, решая, что целесообразнее
  сейчас продать. В конце концов остановился на паре икон, том самом дуэльном
  пистолете, редкой красоты чернильнице из серебра в форме ракушки и полном
  наборе георгиевского кавалера, в который входили четыре медали и четыре
  солдатских креста.
   Утром, проходя в девятом часу мимо проклятого бара, Силин с большим
  удивлением заметил, что в "Золотой" по очереди нырнули два типчика самой что
  ни на есть ханыжной внешности.
   "Странно", -- подумал он и, свернув к бару, также толкнул входную дверь.
  Пройдя короткий тамбур, он очутился внутри и понял, что днем этот
  престижнейший кабак работает как обычная забегаловка. На высоких табуретах
  сидели те самые два "синюшных" объекта, облизывающихся в ожидании опохмелки.
  Продавщица, высокая суховатая дама лет сорока с навеки застывшей
  высокомерной миной, пододвинула ханурикам стаканы, а затем выставила на
  прилавок еще и по блюдечку с довольно большим куском селедки и горбушкой
  хлеба. Закончив, она обернулась к Силину.
   -- Вам сколько?
   -- Мне сто, нет, сто пятьдесят грамм, -- поспешно поправился Михаил,
  увидев в глазах дамы некоторое разочарование. Как всегда, он