шка.
   Гараня говорил, а сам напряженно прислушивался, не засвистят ли рядом с
  баром тормоза милицейского "уазика". Бесполезно. Сегодня ночью ему не везло,
  и старый вор это понял.
   "Нет фарта, не идет масть!"
   -- Ну кое-что ты уже сказал. Так зачем твоему корешку понадобилась моя
  коллекция? И за сколько ты ее толкнул?
   Гараня усмехнулся.
   -- Да ни за сколько. Навара я с нее не имел. Дружбан попросил, адресочек
  нарисовал. Как не помочь хорошему человеку?
   Силин внезапно понял, что Гараня с ним играет, тянет время. Выругавшись
  про себя, Нумизмат обратился к Лешке:
   -- Ты отвозил коллекцию в Железногорск?
   -- А? Че? -- сначала не понял тот, рубаха шофера набухла от пота, он
  смертельно боялся обоих: и этого чудилу с пистолетом, и хозяина. Потом до
  него все-таки дошло: -- Да, я.
   -- Адрес помнишь?
   -- Заткнись, козел, пока ты молчишь, ты жив! -- резко кинул шоферу
  Гараня. Парень снова замолчал, он переводил взгляд с Силина на Гараню и
  обратно и не мог понять, кого же ему слушать. Хозяин бара понял, что еще
  секунда -- и Лешка сдастся.
   -- Ну ладно, сам скажу, только перед этим последнее желание, раз уж мне
  "вышак" ломится. Леша, налей-ка мне, сынок, стакан водки.
   В этот раз к своему водиле Гараня обратился по-отечески, милостиво.
  Силин чувствовал, что идет какая-то игра, но не понимал ее смысла. Он кивнул
  головой, и Лешка, нерешительно поднявшись со стула, отошел к соседнему
  столику, где стояло несколько бутылок