ко села на кровати.
   - Плачете! - удовлетворенно повторил Ерик, развалив коленки в стороны в огромном кресле у окна. Я не слышала, как он вошел. - У вас сегодня день визитов, как я посмотрю.
   - Что вы делаете в моей спальне?
   - О-о-о! Сразу - моя спальня. Быстро привыкаете к хорошему, Нефила Доломеевна. Кстати, что это за имя - Доломей?
   - Ну уж нет - имен на сегодня хватит! - Я решительно качаю головой.
   - Да я так просто спросил, я заметил, что вас уже посетили в этой спаленке папа, мама и даже первая теща Гамлета. Что, тяжелый денек выдался?
   Внимательно всмотревшись в его лицо, я замечаю что-то вроде удовлетворения в печальных глазах с тяжелыми веками.
   - Не смотрите на меня так, - Ерик шутливо закрылся растопыренной ладонью.
   - Я не мучить вас пришел, я свой плеер ищу. Оставил вчера вечером вот тут, на тумбочке под журнальчиком, а теперь нигде нету.
   - Плеер? - Я сидела, опираясь ладонями в кровать. Под правой рукой в кровать вдавился маленький диктофон - новейшая модель с отличным радиусом приема.
   - Маленький такой, компактный. Подарок Гамлета. Я без него никуда. Не попадался? Ну и ладно. Вот что я хотел спросить...
   Я уныло повалилась на бок, подтянула к себе колени и скорчилась, зажав руки с плеером между ног.
  
  ***
  
   Ерик: Мы дружили с детского сада. Два мальчика из приличных семей и еврей.
   "Недокормыш" - так меня называл Генерал. "Этот недокормыш своего не упустит!" - трепал он меня по голове и иногда всей пятерней захватывал волосы и начинал больно тянуть вверх. "Давай, недокормыш, подрастай, а то ты рядом с моими мальчиками смешно смотришься!" Он так называл Гамлета и Кобру - "мои мальчики".
   Знаешь, почему? Потому что уже с пяти лет определил их в женихи к своей дочери.
   Так сказать, заранее предусмотренный выбор. Ты не спишь? Уверен,