ко минут и вот-вот вернется, обнаружит Нару в запретном для нее месте...
   Интересно, как этот юрист и маленькая проныра решат возможность подобного обхождения запрета? Я вдруг очень захотела услышать, как Нара его убедит в своей полнейшей невиновности - не зря же она протискивалась в дверь, наверняка использует факт неприкасания в свою защиту. Нельзя открывать и даже трогать?
   Она и не трогала!
   Я заглянула в комнату и обнаружила, что Ерик навел там некоторый порядок.
   На полу уже ничего не валялось, хотя стол по-прежнему был завален скомканными бумагами и вырезками, а рядом с двумя грязными бокалами прямо на полировке валялся недоеденный бутерброд.
   Нара обошла стол и остановилась. Она на что-то смотрела - мне не видно, на что, - и явно мучительно искала оправдания, чтобы это потрогать. Наклонилась.
   Выпрямилась, держа перед собой в руках портфель Ерика! Я уже решила было вмешаться, но Нара не стала его открывать, положила на стол и пошла к книжным полкам.
   Полки были не только по всем стенам - три стеллажа, как колонны, стояли в огромной комнате, заполненные с обеих сторон. Когда Нара зашла за один из них и скрылась из виду, я проскользнула к окну и запряталась за тяжеленную гобеленовую портьеру.
   Стараясь не чихнуть, я стала тут же анализировать такое свое поведение (общение с Марго не проходит даром) и пришла к выводу, что не слишком насилую свое желание скандала с Ериком, который обязательно попробует отыграться на попавшейся на месте преступления Наре. Больше скандала мне хотелось узнать, что заставило Нару пойти на такой рискованный шаг.
   Она, невидимая мне из-за портьеры, молча шарила в книгах. Осторожно выглянув, я увидела девчонку сидящей на полу и выдвигающей книги - по несколько сразу, - а потом быстро задвигающей их обратно. Я не понимала, что она ищет.
   Вот одна