арающий злой ангел.
   - Я знаю, что вы думаете! Хорошо изображать из себя чистюль и рыдать от умиления собственным всепрощением! А попробовали бы доставать ей морфий!
   Продавать эти проклятые тарелки! А ведь они были настоящим антиквариатом, какой-то покупатель не смог вывезти серебро за границу, в милицию поступила информация, меня чуть не исключили из училища, когда узнали, что я веду переговоры с ювелирами!
   - Минуточку, какой еще морфий? - встрепенулся муж Гамлет.
   - Ты, страдалец! - встала и я, не отпуская своими глазами глаза Макара. - Вместо того чтобы потихоньку выгребать посуду, поговорил бы с нами, объяснил!
   Мы были всего лишь двумя маленькими девочками, и мы запрятали эти две несчастные тарелки!..
   - Это я запрятала, Нефила ничего не знала, - перебила Агелена. - Я запрятала две тарелки, когда... когда Тили сказала, что после последней тарелки она умрет. С твоей стороны было настоящим издевательством упрекать потом нас в смерти Тили из-за этих двух тарелок.
   - Она бы протянула на остатках серебра еще месяца три, - притих Макар.
   - Я же тебе говорю - ювелир опоздал! Хоть бы мы заготовили еще десять тарелок! Она умерла! - перешла я на крик, взяла свою тарелку и грохнула ею об стол. Ничего. Тогда я сбросила тарелку на зеленые плитки пола. Ничего!
   - Они... Они небьющиеся... - прошептала Агелена и вдруг зарыдала громко и отчаянно.
   - Отлично!.. - отдышалась я. - Небьющиеся тарелки - это просто отлично! И чего ты ревешь?
   - А если... Если это была передозировка-а-а-а?.. Она подумала, что больше нет денег на морфи-и-и-и-а-я... я спрятала две тарелки, они теперь висят в ее комнате, а она...
   - Перестань реветь, мурена. - Нара встала и обняла Авоську. - Она бы все равно умерла - месяцем позже. Она знала, что умрет, уже когда меня родила.
   Мы затихли, позволяя