андал, чтобы вас застукать! Посмотри на меня, нет, не отворачивайся, ты посмотри, во что я превратился!
   - Что ты сделал?! - вскочила я в ужасе.
   - А разве можно что-то сделать? - зло прищурился Гамлет. - Скажи, что? Я сделаю.
   - Можно пойти и убить Ерика! - подумав, уверенно заявила я.
   - А его за что? - устало улыбнулся Гамлет. - У меня в семье - мир и порядок. Жена верна, из дома - ни ногой, когда муж в отъезде, и даже отказалась от гувернантки - сама возит детей и в школу и на развлекаловку. Моя золотая стрекоза - подарок судьбы к осознанной зрелости - тоже ничего плохого еще не сделала. Демонстрирует, так сказать, показательную девственность в условиях тяжелейших соблазнов. Так, отхлещет раз в месяц плеткой, а мне даже нравится!
   - Золотая стрекоза?.. - От возмущения у меня затряслись руки. - И не мечтай! Агелена - паук! Воронковый! А Нефила - птицеед! Знаешь, какого размера пауки-птицееды? Не знаешь?! Что это ты убегаешь, тебе же нравится, когда бьют!
   А ты знаешь, какого размера самец Нефилы? Ты в тысячу раз меньше меня, понял?!
   Стрекоза!..
   К Ерику я отправилась одна.
   Завершая свой многолетний труд по исследованию генеральских папок, Ерик последние месяцы частенько и спал и питался в библиотеке. Тяжелый дух призраком пива и бутербродов с рыбой витал над ним, заснувшим в кресле с открытым ртом. Я бесцеремонно пнула ногой его содрогнувшуюся ляжку. Никакой реакции. Пнула еще раз. Аналогично. Тогда я раздвинула тяжелые шторы и открыла форточку.
   - Нефила Доломеевна, - еле слышно пробормотал Ерик, - вы же не будете отрицать, что я принимаю большие усилия по сохранению мира и спокойствия в вашей семье.
   - Ты лазишь в мой компьютер и стираешь почту! Ты стер письмо Макара?!
   - Ну сами подумайте, это же была чистой воды провокация. Муж, так сказать, в командировку,