л, потом кивнул с твердой уверенностью. - Вчера вечером Освальда стошнило как раз на мой шарф.
   - Осю? - Я села, закрываясь покрывалом одной рукой. Другая занялась поисками халата на полу. - Он заболел?
   - Ладно вам. Нефила Доломеевна, не беспокойтесь. Наверное, просто объелся пауков, подумаешь - беда какая. Я пришел выразить вам свое восхищение.
   Разрешите ручку поцеловать?..
   К моему ужасу, он вдруг стал на колени и пополз к той руке, которая все еще не могла нащупать на полу халат. Я вскрикнула и, обмотавшись покрывалом, отползла на другой конец кровати.
   - Ты!.. Ты должен был пойти домой, к семье, в душ! Если ты немедленно не отправишься к себе домой, я... Я вызову санэпидемстанцию! Вот именно. Пусть тебя хотя бы продезинфицируют!
   - Тотчас же отправлюсь мыться и спать, только скажите - почему девяносто второй?
   - Что?..
   - Почему вы сказали посмотреть именно девяносто второй год? Я уже было подумал, что вы просто хотите от меня отвязаться.
   - Понятно. Ты провел анализ предпринимательской активности Генерала, трудился всю ночь, чтобы с утра пораньше прийти и провонять мою спальню?
   - Не было никакой предпринимательской активности. Вот в чем загвоздка. Это переломный год. Первые пять месяцев - средней активности, а вот потом у Генерала начались проблемы. Его трижды вызывали на Комиссию. Генералу пришлось оплатить услуги адвоката, а к сентябрю месяцу, судя по всему, он вообще был готов бежать.
   - И что?
   - Утряслось как-то, - пожал плечами Ерик. - Если у вас еще будут какие пожелания... Ладно-ладно, ухожу. Я обещал - я ухожу. Один маленький совет.
   Совсем маленький, но важный. Поверьте в мою интуицию - завалить Генерала по его тайным сделкам совершенно невозможно. Только по официальным документам мы еще можем попытаться...
   - Ерик, - перебила я, - у тебя