Она подавила в себе упоминание о том дне и посмотрела на меня чистым и спокойным взглядом. - ...Привезли отменную форель.
   - Прекрасно!
   - Чернослив предварительно замочить?
   - В крепком чае! - удовлетворенно кивнула я.
   Первого человека, который сумел меня хоть как-то удивить после похорон, звали Докучаев Антон.
   - Следователь спецотдела, - представился он.
   Поскольку я никак не отреагировала - продолжала сосредоточенно пропалывать грядку с салатной горчицей, - он счел нужным уточнить:
   - Отдела по борьбе с бандитизмом.
   - С бандитизмом? - удивилась я и встала с колен.
   - Так точно, - кивнул невысокий и на вид жутко застенчивый молодой человек. - Ваш тесть... То есть, отец погибшего, то есть не отец...
   - Генерал, - подсказала я.
   - Так точно. Он просил именно наш отдел расследовать смерть его...
   - Бывшего зятя, - подсказала я. - Значит, Генерал сделал так, чтобы смерть Гамлета расследовал отдел по борьбе с бандитизмом?
   - Так точно, - совсем запарился следователь.
   - Он думает, что машину моего мужа взорвала какая-то банда?
   - Не совсем так, но...
   Я предложила пройти в дом. Когда мы шли по дорожке вдоль бассейна, глаза следователя мученически застыли на голубой поверхности воды, и я показала на зонт с другой стороны бассейна. Уговаривать его пришлось долго - он затравленно озирался, краснел, прижимал к груди папку, но в конце концов поверил, что здесь, кроме меня, никого нет, закатал брюки и снял туфли.
   Мы сидели под зонтом, болтали ногами в воде.
   - Ваш муж в последнее время не получал угроз по телефону или почтой?
   - Снимите пиджак, жарко.
   - Спасибо. У меня по документам получается, что он избавился почти от всех своих активов, а поскольку не было вложений в новое предприятие, можно предположить шантаж.
   - Я пойду