здравому смыслу, захочет установить свое опекунство помимо твоего желания.
   - Я остаюсь здесь, - стукнул Ося ладонью по подлокотнику дивана.
   - Пусть детишки выйдут, мне с вами обоими поговорить надо, - потребовал Генерал.
   - Ерик может пойти подкипятить чайник. А они никуда не уйдут, - покачала я головой. - Все семейные вопросы мы решаем сообща. Вы хотите рассказать, как собираетесь меня уничтожить? Генерал, я предлагаю вам не дружбу, нет, дружить я с вами не хочу. Я предлагаю вам взаимопонимание и некоторую поддержку при участии в судьбе Освальда. Давайте договоримся и примиримся друг с другом на время его взросления. - Я протянула в сторону сидящего Генерала обе руки, ладонями вверх.
   И получила в ответ взгляд, полный ненависти и презрения.
   - Я докажу в суде, что этот дом построен полностью на мои деньги, о чем есть соответствующие документы и сметы. Он был подарен дочери на свадьбу, я могу опротестовать его в завещании Гамлета.
   - Отлично! - убрала я руки за спину. - Я с вами согласна - это не мой дом.
   Это чужой дом. Можете забирать его без всяких судов и опротестований.
   - Нефила, не смей раскрывать рот и что-то решать без мнения адвоката! - завопил Ерик.
   - Дед, зачем тебе этот дом? - опешив, перешел на шепот Ося. - Тебе домов мало?
   - Замолчи, ты ничего не понимаешь, - отмахнулся Генерал и посмотрел сквозь меня тяжелым отстраненным взглядом. - Ты пришла ниоткуда и смеешь угрожать мне?
   Я раздавлю тебя, как противное насекомое.
   - Значит - война! - вздохнула я. - Ох, старик, хоть бы дал опомниться от боли. Я бы тогда смогла пожалеть твои искривленные суставы пальцев. Или твою тупую старческую ненависть. Что ж ты так напираешь?!
   - Нефила, - заметался Ерик, - успокойся! Давай сядем и поговорим спокойно, мы найдем какое-нибудь общее решение, мы попробуем