пустил из любовных дуэлей этой троицы? Никогда. Вдруг ты ошибаешься?
   - Синичка покончила собой, когда узнала о смерти Кобрина. Если я ошибаюсь, пусть Ося теперь сам решает - выяснять ему, кто является отцом, или не выяснять. У него есть волосы Кобрина, а у следователя есть результаты анализов по сгоревшему телу. Результаты анализов...
   Я застыла, глядя в стекло, отражающее люстру на потолке. В стекле - тоже люстра. Кто скажет, что нет?..
   - Что?.. - проследил за моим взглядом Ерик, попробовал привстать, но потом отказался от этой попытки.
   - Посмотри на оконное стекло. Что ты видишь?
   - Кто-то под окном, да? Выключи свет!
   - Никого там нет. Что ты видишь в оконном стекле?
   - Что я вижу?.. Ничего не вижу. - Он все-таки нашел в себе силы привстать.
   - О, теперь морду свою вижу. - Правильно. - Я совсем обессилела от своего открытия. - Люстру видишь?
   - И люстру вижу.
   - Это не люстра, это ее отражение, но ты говоришь, что видишь люстру!
   Понимаешь? - вскочила я и забегала по комнате.
   - Эко тебя развезло от ста граммов мартини. Что ты еще придумала? Видишь люстру - не видишь люстру... Нефила! - вдруг сказал Ерик севшим голосом. - Посмотри, там точно кто-то есть! С той стороны стекла! Ложись!
   С необычайной прытью Ерик вскочил с дивана, пронесся к выключателю, ударил по нему ладонью, после чего бросился на пол, увлекая меня за собой.
   Мы рухнули со страшным грохотом, потому что я, падая, зацепила стол с чайником и чашками.
   Подождав несколько секунд, я приподняла голову и осмотрела Ерика, неподвижно лежащего рядом. У его головы на белой шерсти ковра расплывалось темное пятно.
   - Ерик!.. - прошептала я в ужасе.
   - Фила, я тебя предупреждал - с Генералом шутки плохи! Предупреждал? - прогундосил он в ковер, закрывая голову перекрещенными руками.