я старик. - Я же не слабоумный. Одна она там, других нету...
   - Тогда вставай и одевайся.
   Тили отошла от кровати и открыла дверцы высокого древнего шкафа. Старик с трудом встал, и я задержала дыхание: он был абсолютно голый.
   - Ничего себе инструмент у Кубрика, да? - прошептал голос сзади нас, и я чуть не бросилась наутек. Агелена тут же захихикала. - Жаль, что это богатство - всего лишь провисшая старая плоть, - продолжил Микарий. - Еле нашел вас.
   Приказано накормить и спать уложить.
   Только тут я почувствовала ноющую пустоту в желудке.
   Мы пошли обратно, но уже через двор. В большой кухне с тремя низко висящими над огромным длинным столом лампами все блестело идеальной чистотой.
   На металлическом блюде лежали два ломтя черного хлеба с вареньем и стояли две кружки молока.
   - Черничное, - кивнула я с полным ртом. - Объедение! А ты поняла, что такое невинность?
   Агелена пожала плечами.
   - Это что-то вроде дебилизма. Ясно?
   - Нет...
   - Когда человек совсем слабоумный, не понимает, что вокруг него происходит, и потому всегда счастлив. Он не способен к познанию. Моя мама считает, что девственность - это прямой путь к самоистреблению. Кроме того, девственность и невинность и рядом не стояли. Опять не понимаешь? Возьмем, к примеру, Деву Марию. Она забеременела, будучи девственницей. Ничего не знала!
   Получается, что она была невинна? Не тут-то было! После родов уже никто не называл ее невинной, а ведь она по-прежнему была девственна в том понимании, что не имела полового контакта с мужчиной. Но физиологически уже не была девственницей!
   - Почему?.. - Я совсем запуталась.
   - Ну ты даешь! У нее все порвалось во время родов!
   Пришла Тили.
   - Жуй медленно, - сказала она мне. - Не насилуй свой желудок. - Потом сердито посмотрела на Агелену:
   - A