ковского фитнес-клуба.
   - Она ненормальная, - уверенно заявил Платон. - Зачем администратору фитнес-клуба идти ко мне в домработницы?
   - Вопрос понял, - по-деловому отреагировал Птах. - Выясним. Хотите, я с ней поговорю? Прямо сейчас.
   - Сейчас не выйдет. Она пьяная, лежит в кухне на полу, пристегнутая к батарее наручниками.
   - Фу! - укоризненно заметил Птах.
   - Да, я такой! - Платон встал.
   Они прошли в кухню. Авроры не было ни на полу, ни под столом, ни на диване. Поблескивая, висели на трубе у батареи застегнутые наручники.
   Решив хоть как-то употребить присутствие Птаха себе на пользу, Платон решил выяснить, какие неприятности грозят его племянникам в связи с несанкционированным захоронением Богуслава.
   - Да хрен с вами, Омоловы, - отмахнулся Птах, брезгливо скривив сочный рот. - Вы не обо мне беспокойтесь. О братве пусть племянники подумают. Братва не поймет - никого не пригласили на такое торжественное мероприятие.
   - Я еще хотел сказать... Пропавшая личинка богомола...
   - Знаю, - кивнул Птах. - Сперли вещественное доказательство.
   - Это не я.
   - Знаю. И с большим интересом прослежу, что из этого получится. - Птах решительно направился к выходу.
   - А что из этого должно получиться? - догнал его Платон. - Хотите привлечь племянников к ответственности?
   Задрав голову, Коля Птах весело посмотрел в лицо Платону:
   - Зря вы тогда в моем кабинете не просмотрели материал по богомолам более внимательно. Зря. Передайте вашему садовнику, что через три-четыре месяца детки вырастут и войдут в стадию половой зрелости. При условии, конечно, правильного и обильного питания, - уточнил он, ткнув в живот Платону пальцем. - Самки, кстати, могут вырастать до семи сантиметров в длину! Самцы поменьше.
   - И что? - не понял Платон. - Эти насекомые все равно долго