это одно и то же.
   - Одно и то же... А ты что думаешь обо всем этом?
   - Я ничего не думаю. Я теперь дома не ем. И не пью, - уточнил Веня, вернувшись в качалку. - И комнаты проветриваю по два раза в день.
   - Не ешь? Ну конечно, раньше такое случалось после облизывания фотографий, ты говорил. Ты думаешь, Илиса что-то подсыпает тебе и Федору в еду?
   - После разборки я так не думаю. Шестерых взрослых мужиков так просто не обкуришь.
   - А что Аврора? Что она думает на эту тему? - спросил Платон. - Она же тоже должна видеть эту красавицу!
   - Аврора на эту тему ничего не думает. Говорит, что это всем нам божье наказание. Тони, я чего приехал. Сегодня утром она подошла и села ко мне на колени.
   - Аврора? - ужаснулся Платон.
   - При чем здесь Аврора?! - опять вскочил Веня. Помолчав, Платон осторожно поинтересовался:
   - А ты что?
   Веня, судорожно вздохнув, крепко зажмурился и вместо ответа попросил:
   - Тони, вернись домой, очень тебя прошу. Не знаю, чем ты заболел, но если тебе нужна теплая кровь, чтобы выздороветь, я привезу медвежьей, или львиной, если нужно. Какая от мышей польза может быть? Вернись, Тони, а то беда будет.
   - Послушай, Веня, я не знаю, что тебе наговорил Гимнаст...
   - Он сильно за тебя переживает, - перебил Веня. - Говорит, когда ты долго без работы, ты начинаешь страдать и бродить по ночам в поисках теплой крови. Сказал, что мыши - реальный вариант, потому что их продают в магазинах как корм для некоторых редких домашних животных. Крокодилов всяких.
   Тут, конечно, Платон тоже не усидел в плетеной качалке. Походил, постукивая по перилам, словно проверяя их на прочность. Отогнал осу от графина. Посмотрел на Вениамина долгим изучающим взглядом.
   - Медвежья наверняка лучше будет, - пробормотал Веня, съежившись.
   - Несомненно, несомненно, -