же не смеялся, а подвывал в изнеможении Платон. - Он же наверняка секретный агент! Он не может просто так числиться!
   - Он там не числится по причине ухода на пенсию, - заметил лейтенант. - И, соответственно, никак не может никого курировать. Это касательно вашего племянника, поведение которого совсем не внушает мне доверия, совсем.
   - Пенсия? - удивился Платон. - А я думал, что они - пожизненные воины...
   - Птах, кстати, это его прозвище с того периода, когда Служба еще была Комитетом. А настоящая фамилия - Цапель. Цапель Николай Иванович.
   - Цапель, в смысле - Цапель?.. - Платон едва сдержался, чтобы не захохотать в трубку.
   - Платон Матвеевич, вы мне импонируете. Поэтому я все это вам докладываю. Вы неплохой человек, просто поддающийся влиянию. Поэтому вокруг вас и вертятся всякие странные личности.
   - Я вам что?.. - подавился смехом Платон.
   - Импонируете. Так что примите мои соболезнования, - выдала трубка.
   - По поводу чего? - удивился Платон.
   - Мне сказали, что ваш племянник... Старший из братьев Омоловых скончался от огнестрела.
   - Ерунда, - весело заметил Платон. - Федор не умрет от пули или ножа. Вот если бы Аврора его отравила или утопила!
   - Вы все-таки будьте осторожны, - строго заметил лейтенант Подогникопыто. - Ваша квартира все еще у меня на контроле.
   - А вот и нет! - со злорадством ответил на это Платон. - Венька вырвал из стены сигнализацию - никакого контроля!
   - Ваша квартира у меня на контроле именно из-за Омолова В.О. Как криминально опасная. Всего хорошего.
   Платон вернулся в кровать, долго еще там вертелся и тихонько смеялся:
   - "Цапель! Умора...", пока не забылся тяжелым вязким сном, от которого не наступает ни успокоения, ни отдыха.
   - Выпей кофе! - приказала Квака.
   "Вот и день. Дни тоже бывают, когда спишь..."