ого что из хосписа, так она до сих пор ни черта не говорит по-русски, это вообще полный кайф получается!
   - Кайф?
   - Конечно! Провозишься с нею, как мать Тереза с неграми! Потому что она даже толком предупредить тебя не сможет, когда у нее понос, а когда - запор!.
   - Перестань кричать, я ничего не понимаю, - Платон поднял руки, сдаваясь. - Как зовут вашего адвоката?
   - Да не в тему наш адвокат, я говорю сейчас, что ты всех нас подставляешь!
   - Я подставляю?..
   - Конечно! Прикинь: ты - одинокий, богатый, да еще с такой работой, которая требует особой расслабухи. Тащишь в дом подозрительных баб, они тут спиваются... - Веня задумался, потом уверенно и громко продолжил:
   - Обжираются! А потом от безделья палят из пистолетов! Вот мы и решили тебя попросить...
   - Мы?
   - Я и Квака просим тебя прекратить тащить в дом кого ни попадя, а выбирать себе отдых по принципу безопасного кайфа. Ты только скажи, Тони, я тебе любое удовольствие обеспечу по чеку и с доставкой на дом! Ну ты прикинь, чем кончился твой насморк на Аврору?
   - Я... при чем здесь насморк? - ничего не понимает Платон.
   - А как это еще назвать? Притащил какую-то кошелку домой, внимания на нее не обращал, в койку с собой не брал, так, поглядывал иногда, как она пылесосит. Задница у нее, конечно, ничего, и ноги тоже...
   - Это становится совершенно невыносимым! Вениамин, сядь, - с напряжением в голосе попросил Платон. - Сядь, мне тебе нужно сказать кое-что важное.
   - Нет, Тони, ты пообещай, что бросишь свои экстремальные потуги, - Веня сел, но не сдался.
   - Веня, Аврора пришла в мой дом не потому, что я ее притащил. И не из-за меня совсем. Она пришла из-за тебя, понимаешь?
   - Это полная лажа, - покачал Вениамин головой.
   - Подожди, не перебивай. Ваш отец, то есть... твой отец, то есть мой брат