топленниц сюда, в квартиру, чтобы ты сильно не напрягался, но это будет ужасный юмор, да?
   - Отвратительный, - содрогнулся Платон.
   - Тогда иди ешь тосты с яйцами.
   - Это что, из той же серии? Какие тосты? Какие яйца? Я никогда не видел утопленниц, не представляю, что будет с моим желудком.
   - Отлично. Я так и думала и ничего не приготовила. Пошли?
   Направляясь к выходу, Платон заглянул в кухню. Действительно, на столе - пусто и чисто.
   По дороге они не сказали ни слова. В морге пришлось ждать почти полчаса.
   - Платон Матвеевич, - прошептала Илиса, когда они просидели в коридоре на шатающихся стульях минут двадцать. - Я не могу туда идти. Я боюсь. Вид смерти сильно повредит моему энергетическому полю.
   - Неужели?.. - Платон покосился на оборки ее многоярусной цветной юбки. - Поэтому ты нарядилась, как для балагана? Одна шляпка с кружевами чего стоит.
   - Ты не мог бы зайти туда один посмотреть на них. Сначала - на Лужану, а потом на Аврору.
   - Как - на Аврору? - дернулся всем телом Платон, разворачиваясь.
   Стул издал предсмертный скрежет.
   - Мне кажется, что Аврора тоже там, - прошептала Илиса. - Я взяла с собой фотографию. - Она открыла небольшую сумочку и достала что-то в конверте.
   - Не нужно мне фотографий! Если они имеют такой... такое состояние, что я не смогу их узнать визуально, то фотографии тоже не помогут!
   - Нормальное у них состояние. Авроре пришлось потратить время на поиски, значит, они утонули недавно. Это фотография татуировки на спине Лужаны.
   - Ты настояла на моем приезде сюда, а теперь говоришь, что не можешь опознавать?
   - Я потому так и настаивала, что не могу. Очень тебя прошу. Представь, что я - твой ребенок. Ты бы потащил маленькую дочку в ту комнату опознавать бывших домработниц своего брата?
   - Замолчи! - прошипел