ья,
  сдерживая животное. Лес кончился, и сразу стало светлей. Он поднял голову.
  На небе сквозь разорванные тучи на короткое мгновение выпрыгнула луна.
   - Слезайте, пан полковник, - сказал проводник, - дальше пойдем
  пешком.
   Колецки соскочил с седла, прошелся, разминая ноги. Ночь словно
  отступила, глаза отчетливо различали светловатую полосу дороги,
  пересекавшую поле.
   - Пойдемте, пан полковник. - Проводник зашагал вперед. Они вышли к
  маленькому городку. У него не было охраны - их заменяла огромная свалка
  мусора.
   - Попремся через эти кучи? - спросил Колецки.
   - Придется, пан полковник. Держитесь за мной. Я знаю тропинку, здесь
  много битого стекла и жестяных банок.
   Колецки шел за проводником, чертыхаясь про себя. Они миновали свалку,
  перелезли через забор, прошли какой-то сад и очутились на темной улочке с
  двухэтажными домами. Она, извиваясь, убегала в темноту и была наполнена
  тревогой и опасностью. Колецки на всякий случай расстегнул кобуру.
   - Не беспокойтесь, пан полковник, русских здесь нет, - сказал
  проводник, - а народная беспека и милиционеры ночью не выходят на улицы.
  Ночь - наше время.
   Они шли вдоль домов, стук сапог разносится в темноте гулко и
  тревожно. Свернули в щель между домами, настолько узкую, что казалось,
  плечи