в воду, и пошел через площадь.
   У двери сидел капрал, положив ППШ на колени.
   - Тебе чего, Завиша?
   - Мне к пану капитану.
   - Иди, он на втором этаже.
   Завиша толкнул дверь, и она закрылась за его спиной, отгородив от
  площади, людей у базара, от его прошлого.
  
  
   Тамбовцев бежал на второй этаж, перескакивая через ступени. Он без
  стука ворвался в кабинет Середина.
   - Что? - спросил его Губин. - Что?
   - Радиограмма от Модзолевского.
   Губин взял текст, прочел.
   - Машину, я лечу в Москву.
   Начальник контрразведки, комиссар госбезопасности 2-го ранга,
  закончил читать документы и потер лицо ладонями.
   - Ваше мнение, Павел Петрович?
   - Я изложил его в рапорте, товарищ комиссар.
   - Кровавую дорожку устелили они для своего агента. Кровавую. Значит,
  англичанам очень нужно, чтобы этот человек остался у нас на длительное
  оседание.
   - Видимо, так, товарищ комиссар.
   - Ну что ж, Павел Петрович, поможем им. Пусть оседает. Под нашим
  контролем. Пусть. Только Колецки должен быть арестован, он не просто агент
  разведки, он военный преступник. На его руках кровь советских и польских
  граждан. Когда вы летите?
   - Прямо сейчас.
   - Желаю удачи.
   Губин встал и пошел к выходу.
   - Кстати, Павел Петрович, - сказал ему вслед комиссар, -