езаная свинья.
   Ник позавидовал негру нехорошей черной завистью: ,,Какую надо прожить
  безбедную и счастливую жизнь, чтобы в ее конце орать из-за такого пустяка !
  Наверно, у него никогда не болела душа..."
   Если бы лейтенант Уиллер не оказался так бестолков, его можно было
  взять с собой вместо Пака. Но в бою на Уиллера не приходилось рассчитывать,
  и Степ привык брать Пака на все трудные дела. Пака и Томпсона, а теперь, оба
  они - его лучшие офицеры, были мертвы. Возможно, дурные вести уже дошли до
  Ханурии, и где-то, в военных комиссариатах, равнодушные руки деловито
  закладывают стандартные белые листочки в дешевые казенные конверты.
   Степа охватило ощущение полной безнадежности. Напрасно, все было
  напрасно. Напрасно он учил своих парней, впустую слушал никчемных болтунов,
  зря гнал колонну. Даже двухслойная броня и сверхметкая стрельба новейших
  артиллерийских систем тоже оказались напрасны.
   И так ли ему нужно было успеть в тот день на одиннадцатую базу ? Ник
  вполне мог рискнуть, придумав какой-нибудь предлог, и заночевать в Байсу.
  Тогда его парни погибли бы только на следующий день. Вечером, на берегу
  реки, он поговорил бы с Паком и все ему объяснил. Он достал бы из броневика
  ,, аварийную " фляжку, и, разбавив спирт водой, угостил им лейтенанта
  Арчера. Тогда тяжесть, гнувшая его к земле, могла оказаться хоть чуточку
  легче.
   При этом одна мысль пугала Ника, и он гнал ее от себя. Мысль о том, что
  заночуй они в Байсу, то выиграли бы бой. Что Пак попал бы в