ировать
  броневик на базу. Но капитан успел подумать над этим вариантом и быстро
  ответил, что у них нет запасного водителя, а снимать одного из наводчиков
  слишком опасно. Он мог бы привести еще какой-нибудь аргумент, но командир
  оборвал его, неожиданно резко и зло: ,, Черт с тобой, капитан, ждите нас,
  только приберите там все ! "
   Задание оказалось не очень почетным, но все-таки лучше, чем ехать в
  кишлак. Вокруг броневика была раскидана большая часть боекомплекта, и Ник
  отправил водителей собрать боеприпасы. Конечно, на очереди имелась еще
  кое-какая работенка, но он пока не сказал о ней, как-то не поворачивался
  язык.
   В сотне метров валялись тела пятерых мятежников. Когда, после начала
  стрельбы, безопасники сели в вертолет и полетели к кишлаку, Нику показалось,
  что одно из тел пошевелилось. Он вылез из броневика и, прихватив своего
  водителя, подошел к врагам. Один из них, определенно, был еще жив. Солдат
  тоже понял это и поднял ствол автомата. ,, Стоп, Билл, - сказал Ник, -
  ,,торжество справедливости" отменяется." ,,Торжеством справедливости",
  назывался обряд добивания раненых врагов. В пустыне Хушк часто
  ,,торжествовала справедливость."
   Перевернув на спину, Ник осмотрел раненного. Раны оказались ужасны, и
  оставалось только гадать, что еще заставляло его жить. Пулями был разворочен
  живот, но легкие и гортань остались целы, значит, в принципе, он еще мог
  говорить. ,, Билл, принеси аптечку" - приказал Ник. Спорить с ним было не
  принято, и