оллейбуса. На улице
  снова пришлось раскрыть зонтик, потому что дождь всђ шел и шел, и
  конца-просвета ему не было видно.
  
  Несмотря на сырость и холод, у рынка, как обычно, толпились
  бабушки-торговки. В нелепых дешевых дождевиках из полиэтиленовой пленки,
  съежившиеся и усталые, они производили самое жалкое впечатление, и Иван
  Иванович, проходя мимо них, подумал вдруг, что даже не разваливающаяся
  армия есть признак конца российской государственности, а вот именно они,
  эти измученные жизнью и забытые всеми женщины (чьи-то матери!) - последний
  приговор для Руси, под которым подписалась сама История. Но когда он вошел
  в цветочный павильон, всякая философия вылетела у него из головы, потому
  что начиналось дело.
  
  В цветочном павильоне, разумеется, торговали цветами. В основном здесь была
  представлена продукция местных теплиц, но и конкурентов из южных республик
  тоже хватало. Каждую субботу Иван Иванович лавировал по проходам между
  длинными прилавками, приглядываясь и принюхиваясь к выставленным на продажу
  букетам, а иногда даже совершал покупки. Чтобы его ботанический интерес не
  вызвал у кого-нибудь подозрений, Иван Иванович начал собирать коллекцию
  кактусов, коих на рынке хватало с избытком. Само собой, кактусы он терпеть
  не мог, хотя по части