ельбы), старший лейтенант
  и не вспомнит, о чем предупреждал его командир, бросится в свалку, а там
  уж... там как повезет...
  
  - Будь спокоен, - отмахнулся Стуколин. Лукашевич воспринял новость без
  энтузиазма, но готовность и дальше участвовать в операции "Испаньола"
  выказал. Только буркнул:
  
  - Становится похоже на конвейер. После этого они вдвоем с Громовым
  отправились к зампотеху Никите Усачеву, чтобы "порадовать" его приказом
  готовить к вылету два истребителя. Усачев в свою очередь необычайно
  удивился возросшей активности командования округом, назначившего новый
  внеплановый тренировочный полет через неделю после первого.
  
  - Чего это они? - почесал Усачев в затылке, недружелюбно разглядывая
  вошедших. - Воевать, что ль, собрались?
  
  У него были основания для того, чтобы удивляться и делать столь мрачные
  прогнозы. В годы, которые принято называть "застойными", снабжению армии и
  флота уделялось повышенное внимание и нормой налета для кадрового офицера
  ВВС считалось сорок часов в год - меньше просто нельзя. Однако времена
  изменились, топливо нынче государство предпочитало продавать за границу, а
  не жечь "попусту", и норма сократилась до двадцати, а позже - до пятнадцати
  часов в год. Притом, что натовский пилот не считается боевым летчиком,