няшней беды тоже. Мысли Лукашевича текли вяло, но
  постоянно возвращались к исходному вопросу: как? Каким образом его,
  Лукашевича, судьба сложилась так, что он стал не юристом или экономистом
  (да хотя бы и бухгалтером!), а лейтенантом этих проклятых ВВС, да еще в
  воинской части, дислоцированной на краю света, у черта на куличках. Это ж
  каким идиотом надо было быть, чтобы взять и отказаться от заманчивых
  перспектив поступления в Ленинградский Государственный, где в приемной
  комиссии сидел двоюродный дядька, ради... ради... Чего, спрашивается,
  ради?!
  
  Лукашевичу хотелось напиться. В хлам.
  
  Похожие чувства испытывали все, столпившиеся у контрольно-пропускного
  пункта. И у каждого из них были основания гневаться на судьбу и перебирать
  удрученно варианты своего неуклюжего прошлого и своего безрадостного
  будущего. На то были причины. Последний раз офицеры части 461-13 "бис"
  получали зарплату девять месяцев назад. За этот срок, как известно, можно
  зачать, выносить и родить вполне нормального ребенка, однако российскому
  правительству девяти месяцев оказалось недостаточно, чтобы разобраться с
  зарплатами в бюджетной сфере. Более того, с какого-то момента начались
  перебои с поставками продовольствия, обмундирования и запчастей к технике.
  Объяснялось