лись. Я не спрашиваю, нет ли у вас других способов заработать себе на
  хлеб - наверняка таких способов нет. Меня в этой истории интересует другое.
  Вы понимаете, что, придя сюда, фактически выступаете в роли попрошаек?..
  
  Стуколин хотел вскочить, но Громов, выставив руку, толкнул его на место.
  Лукашевич собрался было обидеться по примеру друга, но тут перехватил
  острый, испытующий взгляд, с которым Маканин наблюдал за Громовым, и
  сообразил, что не для унижений привел их сюда господин советник, и если бы
  дело ограничивалось только этим, то все их знакомство с ним закончилось бы
  еще внизу, на лестнице, пятнадцать минут назад.
  
  - Да, - произнес Громов недрогнувшим голосом, - мы это понимаем. Но кто
  сделал нас попрошайками? Кто довел одну из самых сильных армий в мире до
  такого состояния, что ее офицеры вынуждены побираться, лишь бы не умереть с
  голоду? Вы сказали, что имеете звание подполковника госбезопасности? Куда
  вы смотрели, подполковник, когда разномастные нувориши грабили армию и всю
  страну? Или вас это устраивало? Тогда к чему ваш пафос?
  
  Маканин, не перебивая, выслушал и эту отповедь.
  
  - Что ж, - подытожил он, - каков вопрос, таков и ответ. Спасибо, майор, за
  прямоту.
  
  - Пожалуйста, - ответил Громов не без сарказма. - Всегда готов