, состоял членом десятка клубов и носил
  бороду.
  
  Роберт Фоули, разделивший с ним сегодня обед и кабинет, в противоположность
  Муру был молод, холост и гладко выбрит. Клубы он не посещал, предпочитая им
  веселые вечеринки "для всех" и спортивные состязания. К тому же диплом он
  получал не в Нью-Хейвене, а в Бостоне и занимался не Турцией, а новыми
  мусульманскими странами, появившимися на карте мира после развала
  Советского Союза.
  
  Однако, несмотря на столь вопиющую разницу в возрасте, общественном статусе
  и в интересах, Фоули и Мур уже года три ходили в закадычных друзьях, и
  взаимоотношения их строились не по схеме "отец-сын" или, скажем,
  "начальник-подчиненный", а на принципах полного равенства и
  обоюдостороннего уважения. Местом же их постоянных встреч и бесед стал
  именно "Адмирал Грир", куда оба наведывались по два раза в день: в
  обеденный перерыв и по окончании рабочей смены.
  
  За обедом они беседовали прежде всего о политике, и вот тут-то и находилась
  точка соприкосновения этих столь непохожих друг на друга людей.
  
  Оба они были "настоящими американскими патриотами", то есть поругивали
  японцев и европейцев, которые "забыли, кто выиграл Вторую мировую войну",
  высказывались в цинично-презрительном тоне о странах "третьего мира",
  открыто