Но как бы ни относился он к русским, именно они подарили ему небо. Прошло
  время, сотни часов изнурительных тренировок на тренажере, и вот по полосе
  разгоняется "МиГ-15УТИ" с инструктором за штурвалом, земля вдруг
  проваливается куда-то вниз, перегрузка вдавливает Руслана в кресло, и вот
  он уже кричит от восторга, а в шлемофонах слышен голос инструктора: "Не
  шуми, курсант, КДП напугаешь".
  
  Потом он летал много и часто. В одиночку и в спарке, на учебных "МиГах" и
  "Сухих", осваивая одну модификацию самолетов за другой; участвовал в
  учебных боях и отрабатывал "горку", "иммельман", "штопор", "боевой
  разворот". И на этом поприще он демонстрировал способности, намного
  превосходящие способности его сверстников.
  
  Тогда с ним и познакомился Константин Громов, будущий командир воинской
  части 461-13 "бис". Встречались в столовой училища, в ленинской комнате, на
  комсомольских собраниях, где Рашидов, поддерживая свой имидж отличника
  политической подготовки, делал доклады о международном положении, на
  разборах тренировочных полетов - Рашидов для Громова был полубогом: лучшим
  пилотом училища и в то же время в доску своим собратом-курсантом.
  
  Сам Руслан в те дни воспринимал свой успех как нечто само собой
  разумеющеюся. Лишь много позже