ущих боевые действия в Афганистане, а этот необыкновенный, неладно
  скроенный человек, встречающий путников у Первых Врат неба.
  
  С этим превращением изменилось всђ. Была нарушена непрерывность событий,
  пространство и время закрутились, завязываясь узлом, потом сильный толчок в
  спину бросил Рашидова (или не Рашидова?) на землю, а когда он, мотая
  головой, встал на ноги, то увидел, что стоит босой посреди пустой
  заснеженной равнины, воет вьюга, ему смертельно холодно, но надо идти,
  потому что за спиной жалкая лачуга, в которой жмутся к костру жена и двое
  детей, и дети плачут от голода, а жена смотрит потухшим, мертвым взглядом,
  и надежды пережить эту долгую и страшную зиму уже не осталось.
  
  Вместе с видением заснеженной равнины пришли и чужие воспоминания. Еще
  совсем недавно этот человек, которым теперь стал Рашидов, ни в чем не
  нуждался, он жил в цветущем саду, где на каждом дереве висели сочные
  фрукты, а под каждым кустом сидел упитанный кролик - нужно было только
  протянуть руку. А потом что-то изменилось (человек до сих пор не понимал,
  что именно), и тот, чье невидимое, но благожелательное присутствие он
  ощущал всђ время пребывания в необыкновенном саду, вдруг сменил милость на
  гнев, и человек вместе с недавно обретенной