тыре самых настоящих предателя, среди них - начальник
  штаба авиаполка. Руки у всех четверых были скованы наручниками.
  
  - Хороши субчики,- высказался Свиридов, в который уже раз прохаживаясь
  вдоль позорной шеренги.- Что же ты, Тойво? - остановился он перед
  начальником штаба.- Я тебе доверял, а ты вон как...
  
  Начальник штаба поднял голову, улыбнулся (хотя атмосфера и не располагала к
  улыбкам) и заявил, произнося слова с сильным прибалтийским акцентом:
  
  - Мы боролись за нашу и вашу свободу!
  
  - Заботливый, - съязвил Свиридов. - За мою свободу он борется! Раз такой
  заботливый, ответь: где находится ваша база? Молчишь? Может, кто-нибудь
  другой хочет облегчить свою участь? - Свиридов обвел суровым взглядом всех
  четверых предателей. - Военный трибунал, ребята, - это не шуточки. И пощады
  не ждите.
  
  - Неплохо было бы всех офицеров опросить, - заметил стоявший в сторонке
  Зартайский. - Наверняка кто-нибудь из этих что-нибудь болтал - мог и
  проговориться.
  
  - Время, время, - напомнил Свиридов, - времени у нас мало.
  
  Стоило прозвучать этим словам, как дверь распахнулась и вбежал взмыленный
  лейтенант из роты связи. При виде большого количества старших офицеров он
  спохватился, оправился и промаршировал к Свиридову:
  
  - Разрешите