ъяснять вам, товарищи
  офицеры, что такое война".
  
  "Но война не объявлена!" - воскликнул Лукашевич.
  
  "Мы бы с удовольствием объявили войну, - сказал Зартайский спокойно. - Тем
  более что фактически она уже идет. Но наши политики..."
  
  Он не закончил начатую фразу, но всђ было ясно и так.
  
  "А верховный главнокомандующий в курсе?" - на всякий случай уточнил
  Стуколин.
  
  "А как же,- Зартайский вдруг с совершенно идиотским видом подмигнул. - Он в
  курсе с самого начала".
  
  Вот и понимай как хочешь. Хочешь - понимай, что ты патриот и защитник
  Родины, а хочешь - что ты сепаратист-экстремист ничем не хуже, но и не
  лучше тех, в лагере, который ты летишь бомбить. Но самое страшное, что
  выбора нет: и в том, и в другом случае. Однажды они уже стали пиратами
  (хотя здесь лучше подошло бы слово корсары[41]), подписались на дело,
  которое можно назвать "спецоперацией", а можно... м-да... об этом лучше не
  думать.
  
  "Да не расстраивайтесь вы так, - сказал тогда Зартайский, - У нас нет
  причин вас кидать".
  
  "Как вы сказали?" - переспросил Громов.
  
  "Нет причин кидать, - пояснил Зартайский. - Есть такой новомодный глагол".
  
  До цели оставались считанные километры. Оптико-электронная система "Шквал"
  прицельного комплекса И-251 осуществила