очью - какие тут глаза?
  
  Но как бы ни относился Громов к ночным полетам, тревожный сигнал заставил
  его вскочить и, застегивая на ходу ремешки подшлемника, побежать к выходу.
  
  - Майор Громов, лейтенант Беленков, готовность номер один, - услышал он уже
  на бегу.
  
  Следом за Громовым к выходу устремился лейтенант Беленков.
  
  "Если пойдем парой, значит, дело серьезное",- подумал майор.
  
  Через десять минут оба пилота уже сидели пристегнутыми в кабинах своих
  истребителей. Метеосводка в этот день была не ахти. Облачность - десять
  баллов. Снег. Полетная видимость - триста метров. Ветер - норд-ост,
  пятнадцать метров в секунду. Температура воздуха у земли - минус двадцать.
  
  Все эти прелести зимы в Заполярье Громов мог наблюдать через фонарь кабины.
  Снежные хлопья летели наискось, заслоняя обзор, но полоса была ярко
  освещена, и майор видел, как в ледяном сумраке медленно движется по ней
  снегоочиститель - тягач с авиационным двигателем на подвеске, реактивная
  струя из двигателя бьет под наклоном вниз, в один миг сметая сугробы. К
  истребителю подбежал, пряча лицо от ветра, кто-то из дежурных механиков,
  расторопно убрал стремянку и колодки. Снегоочиститель повернулся и ушел с
  полосы.
  
  "Сейчас начнется", - подумал Громов.
  
  Глядя