я продают не на вес, а поштучно. А зелень!
  Первый тонкий лучок, по-местному лук-ба­рашек, укроп, киндза, кресс-салат,
  называемый ар­мянами кутен, а грузинами цицмати, молодой чес­нок, первая
  морковка, что продается в пучках рядом с зеленью, щавель, мята, трава
  тархун, даже летом стоящая не менее пятидесяти копеек за пучок, -- все росло
  в просторных дворах-усадьбах.
   А как тут растили рассаду! Какой селекцией занимались, чтобы снять
  урожай пораньше да по­больше, отдавая работе не только дни и ночи, но и свое
  жилье до весны, до теплых дней. Этому энтузиазму и знаниям могла бы
  позавидовать сама Академия сельскохозяйственных наук. Здесь не только знали
  о гидропонике, но и широко использовали ее, особенно семьи, занимавшиеся
  выращиванием рассады. Заключали договоры с овощными совхо­зами и продавали в
  сезон до ста тысяч штук той или иной рассады, а иная рассада стоит по
  двадцать копеек, -- и все это на законных основаниях.
   Одни, начав с цветов или ранних помидоров, на­копив достаточную сумму,
  строили лимонарии, по­тому что в Ташкенте селекционер-самоучка вывел сорт
  лимона, вызревающий в Средней Азии и по вкусу и размерами намного
  превосходящий иные из­вестные сорта. И не только вывел, а вырастил целые
  промышленные плантации, и для желающих приоб­рести саженцы и консультацию
  это не составляло труда -- было бы желание. А уж вырасти десяток ли­монных
  деревьев, и они себя оправдают. Можно и на базар не возить --
  потребкооперация охотно заку­пает лимоны,